Лев Хвоя
на главную

Стихи

Тут собраны мои стихи разных лет. Это своего рода «сборник лучшего», так что кое-чего, что есть на стихи.ру, здесь нет, и наоборот.

Моя стихотворческая биография достаточно длинна, но малонасыщенна. В поздние школьные годы (начиная, эдак, с 1998-го года; это была вторая половина 10-го класса) я, наконец-то, навострился писать более или менее приличные стихи. Наша учительница по литературе Нина Петровна вытребовала у меня несколько, пришла от них в восторг, и запихала меня на какой-то областной конкурс, на котором я занял второе место. Собственно говоря, то, какое место я занял, я узнал сам уже много позже, поскольку на результаты конкурса мне было начхать — я и так знал, что я лучший, к тому же мне был совершенно искренне процесс важнее результата — и, может быть, потому, что я уже заканчивал школу, и школе тоже было на меня уже плевать. За тот конкурс я получил на какой-то массовке в нашем актовом зале плюшку в виде денег (рублей 60-70, наверное) в конвертике, и на этом все и закончилось.
После этого — и по сей день — я иногда пишу стихи даже не то что для души — а так, потому что хочется, бывает, что-то написать. Регулярно участвую во всяких конкурсах на сайте «стихи.ру», но сильно далеко никуда не зашел. Даже кое-какие из старых стихов, которые когда-то казались удачными, не проходят даже первичного отбора. Так что, зря Нина Петровна восторгалась, хреновый из меня поэт.

В эту подборку я включал стихи по принципу «чтоб не сильно стыдно было». То есть, явный хлам я выбросил. То, что осталось, выходит, это не совсем «лучшее». Это — «не худшее».
Оглавление:

Стихи (21.11.09)

Отречение (23.04.09)

Герман Гессе — «Маленький мальчик» (перевод с немецкого, 13.05.09)

Шар (25.11.2008)

Шаги (14.11.2008)

Полет летучей мыши (25.07.2008)

Подвиг (15.06.2008)

Прогулка в парке (27.04.2008)

Трилогия ()

Я ухожу (20.12.2007)

Эгоцентризм (01.05.2008)

Надежды (19.12.2007)

Я доволен (10.12.2007)

От надежды и лжи (20.09.2004)

Десять лет (05.05.2007)

Мой телефон молчит, и день проходит зря (07.05.2002)

Мясо, рыба (18.04.2001)

Тим Бёртон — «Печальная смерть мальчика-устрицы» (перевод с английского, 27.13.2007)

Гуру и дура (26.03.2007)

Барометр (2004)

Мы по разные стороны лужи (17.06.2003)

В катакомбах всех моих сознаний (~18.09.2003)

Ненастье (07.05.2003)

Друг (05.03.2003)

Первое стихотворение с политическим подтекстом (14.07.2002)

Полосатые окна, новый день (19.11.2001)

Свет неона и запах озона (~28.09.2004)

Кате П. (~15.07.2000)

Всё как в тумане — дождь и мост (21.07.2000)

В погоне за тенью (12.04.1999)

Я первый (14.01.1999)

К К. (13.02.1998)

К К. (второе) (1998)

Пародия на «Скоро Новый Год» Виктора Усачева (26.09.2002)

Стихи
Мы меняем местами слова,
Изменяя свое одиночество.
Измеряя реальность пророчеством,
Говорим, что она не права.

Мы бежим от вселенской тоски
И меняем местами буквы.
И не покладая рук мы
Порождаем чудовищ – стихи.
Отречение
Все паруса висят, но резок крен, и
Свежий ветер наполняет здание.
И я не властен над потоком времени,
И он — не властен над моим сознанием.

Все духи снов
           восстали наяву,
Все б сносно,
           но железный рельс не перемелется.
Верните жизнь, которой я живу
Ее законному владельцу!

Я отрекаюсь от своих побед,
И от всего того,
           моим теплом согретого.
Я каюсь, что был с вами столько лет.
Я каюсь, что с меня довольно этого.
Герман Гессе — «Маленький мальчик»
(перевод с немецкого)
Я наказан. Что же,
Буду плакать молча,
Чтоб проснуться позже
С улыбкой после ночи.

Я наказан. Мне
Скажут: «Не дорос».
Но довольно слёз.
Я смеюсь во сне.

Все умрут, конечно —
Вся моя семья.
А я — останусь вечно.
Вечно буду я!
Шар
Я чувствую шар
У себя под ногами.
Где-то — пожар,
А где-то — цунами.

Ни один вещий сон
Не проходит нам даром.  —
Высший закон,
Установленный шаром.

Я чувствую шар.
Даже вижу глазами.
Я слышу удар.
Оставайтесь с нами!

(в лаборатории)
Шаги
Шаги стучат по коридору.
Они одни. Они наги.
Враги идут по косогору —
Вполне конкретные враги.

Шаги звенят. Для них незнаем
Мой дикий взгляд и взмах руки.
— Шаги, шаги, кто ваш хозяин?
— А мы не знаем. Мы — шаги.

Шаги крадутся, словно воры.
Шаги мерцают, как огни.
Враги идут по косогору.
Мне больше нравятся они.

(в лаборатории)
Полет летучей мыши
Древо познания —
Что может быть выше?
Утро раннее.
Красные блики на крыше.

Воспоминания —
Что может быть тише?
Лодки качание.
И полет летучей мыши.
Подвиг
Мой подвиг
           окончен
Чего я достиг?
Уметь слышать крик
                    фонарей этой ночи
Мой подвиг
            окончен
Похожий на миг
Похожий на сдвиг
                  И теперь это точно
Прогулка в парке
Расцветающий сумраком вечер,
                              фотографий бумажки,
В моей пламенной речи
                       льдины памяти в свете свечей.
Темные складки
                на вишневой ночной рубашке
Было сладко.
              Но я в парке гуляю один
                                       и ничей.

Я поставил печать
                 на твоей полуночной ремарке.
Я хочу отвечать.
                  Я пытаюсь, но я не готов.
Я ушел от всех дел
                   и утонул в этом парке.
Оттолкнувшись, взлетел
                       сквозь черную сеть проводов.

27 апреля 2008, Штутгарт, 23:50
Трилогия
1.
Всевидящим смерчем
Я круто заверчен.
Каждая мелочь
Похожа на меч.

Время не лечит,
Но всем станет легче
Когда-нибудь в вечности,
Сброшенной с плеч.

2.
Я должен идти непрерывно и гордо
Я клянусь никогда не стоять у стены
Я не вернусь в этот город заборов
И в эту страну бесконечной войны

3.
Дальше что будет? —
                  Я знаю примерно —
Люди как люди,
              и встречи как сны.
И никто никогда не осудит
                          неверное
Низкое солнце далекой весны.
Я ухожу
Я ухожу —
               Мы здесь с тобой похожи —
В груди свинец, и в здравом смысле — нож.
Я прохожу.
               Я для тебя — прохожий.
Не думай. Скоро все и так поймешь.

Все естество трещит по швам и тает.
Тоскливо пляшут бесы у огня
И как помехи — черно-белой стаей
Летят в страну, где больше нет меня.

Я как Луна. Изъеденный морями,
Я примеряю черную вуаль.
Я не смотрю. Вы разберетесь сами.
Я ухожу. Я улетаю вдаль.

20 декабря 2007 года, Мангейм
Эгоцентризм
В стихах я слишком много якаю —
Такая кака-бяка я...

1 мая 2008; написал, когда посмотрел на предыдущее стихотворение и обнаружил,
что 7 из 14 строчек начинаются с личного местоимения «Я».
Надежды
Мои руки послушны.
Они равнодушны.
Мне здесь душно,
               тебе — хорошо.
Ты опять говоришь, что тебе это нужно.
Послушай,
          я б лучше ушел.

Сквозь решётки темниц нашей сложной одежды
Сочится пламя любви.
В твоем сердце твои расцветают надежды.
А в моём — умирают мои.

19.12.2007 Mannheim
Я доволен
От страсти и запаха перегара
С тобой нас бросает в дрожь.
Ты называешь меня «котяра»...
Ну что же, пожалуй, похож...

Ты накормила меня сметаной,
Теперь у меня перекур.
Ты сидишь и молчишь... улыбаешься странно,
А я просто доволен — мурррррр!

Mannheim, den 10.12.2007
От надежды и лжи
От надежды и лжи
Меня укрывают метели.
Ты не видишь —
Ты влюблена.
Я до сих пор жив
В каком-то неведомом теле.
Ты не знаешь,
Ты не одна.

Я был в городе нашего имени,
Видел памятник в нашу честь.
Скажешь, этого нет? Не ври мне,
Ведь ты знаешь, что это есть.

Ты свободна, ты этому рада.
Даже Б-г тебе не указ.
Но он предал тебя, как когда-то
Мы с тобою предали нас.

20.09.2004
Написано в приступе ностальгических воспоминаний о любви к Саше Грачёвой, моей однокурснице.
Десять лет
Прошло десять лет,
            будто сто.
Мы просто
      ждали рассвет
            и не дождались.
Постой,
            не уходи,
Если что-то еще осталось...
Может, сердце в груди...
Мой телефон молчит, и день проходит зря
Мой телефон молчит, и день проходит зря
В одной из неразумных категорий.
На стенке блик — вечерняя заря
В одной из многочисленных историй.

Я видел Б-га — он сидел один
На ржавой крыше и смотрел на небо.
Он был прекраснейшей из всех картин
В одном из уголочков World Wide Webа.

Мой город спит и режет ночь насквозь
В одном из вариантов наших мыслей.
Мы были вместе, а теперь мы врозь
В одном-единственном, наверно, смысле.

07.05.2002 23:10
Мясо, рыба
Мясо,
          рыба
В море
          в доме
Пусто
          полно
               горевать
Радоваться
               отказался
согласился
               наплевать
никогда не равнодушен
                         к тем, кто крутит время вспять
нет, вперед
               другой
                         такой же
индивидуум
               народ
мясо
          рыба
в море
          в доме
так же
          все наоборот

18.04.2001
Тим Бёртон — «Печальная смерть мальчика-устрицы»
(перевод с английского)
Помолвка средь дюн, потом — свадьба на море.
Океанский прибой их гармонии вторил.
На ужин они ели моря дары —
Рагу из моллюсков и красной икры.

И пока он питался, она захотела
Ребенка родить, — да велико ли дело?
Время прошло, и она родила.
Но человека ли — не поняла.
Все по списку на месте. Он чувствует, слышит,
Но все ж ненормальным каким-то он вышел.

Нелепые роды — противный осадок.
Начало конца. И тяжелый упадок.

Она пошла к доктору: «Мальчик не мой!
Понюхай! Он пахнет соленой водой!»
 «Это что! Я недавно смотрел пациентку
С птичьим клювом, рогами и ухом в коленке.
Полуустрица сын твой — знакомый симптом,
Если на побережье ваш маленький дом».

Странного сына родители в шутку
Стали звать Сэмом-Морепродуктом.
Все соседи старались заранее знать,
Когда Сэм выходил из себя погулять.
А соседские дети его обзывали
Головоногим, а потом убегали.

Однажды весной Сэм стоял под дождем,
Совсем одинокий, и думал о нем.
Он его наблюдал, дождь бурлил в водостоке…
Пока мама в машине на мокрой дороге
В отчаяньи била по приборной доске,
С нарастающей болью в гнетущей тоске.
«Дорогой» — говорила потом она мужу —
«Нам ясность внести в отношения нужно.
Подумай, ты нашего сына, на деле,
Винишь в своих личных проблемах в постели».
Хоть пробовал мазей, микстур, и лосьонов,
Примочек он тысячи и миллионы,
Чесался и плакал, скулил и страдал —
Препарат ни один ему не помогал.
От врача он услышал не без удивленья,
Что причина проблемы — ее же решенье.
Что устрицы очень полезны мужчинам,
И он может поправиться, если съест сына.

Он подкрался неслышно, его объял страх,
У него пот на лбу, и ложь на губах:
«Сын, ты счастлив? Ты в этой земной круговерти
Был ли с Богом? Когда-нибудь думал о смерти?»
Сэм моргал и молчал — ему фатум известен.
Папа нож теребил, ему галстук стал тесен…
...Как поднял он сына, испачкав пальто,
А потом проглотил, не узнает никто.

Останки зарыли в песок возле моря.
Молитвы и вздох, преисполненный горя.
Две деревяшки крестом на могиле,
И надпись пророчит жизнь в лучшем мире.

Но вот память стерта высокой волной.
Он дома в постели с любимой женой.
«Моя милая, как насчет повеселиться?»
«Но теперь пускай девочка лучше родится».

(этот перевод посвящается Насте Пискаревой)
Гуру и дура
Мне сказали, что я — гуру,
Воплотив мои мечты.
Я ж задумался понуро,
Кто ж тогда такая ты.

Я сказал тебе: «Ты дура!»
Ты сказала: «Как же так!
Ты же никакой не гуру,
И, вообще, ты сам — дурак».

И, как эти каламбуры,
Беспорядочно живем
Мы вдвоем — дурак и дура,
Час за часом, день за днем.

(26 марта 2007)
Барометр
Барометр скачет. Я молча смотрю,
Амплитуда растет все быстрее.
«Все будет нормально.» — себе говорю,
Но я сам себе не верю.

Зашкалило.
     Больно.
          Зубы сжал,
Удивляюсь — откуда сила?
Напился, побрился, шел и бежал,
Как будто слегка отпустило.

Зашкалило.
     Больно.
          Откуда мне знать?!
Мой мозг чернилами залит.
Я молча смотрю. Остается лишь ждать,
Когда он еще раз зашкалит.

(2004)
Мы по разные стороны лужи
Мы по разные стороны лужи,
Мы знакомы до самого дна.
Я больше тебе не нужен,
Да и ты мне не то чтобы нужна.

В этом секторе круговорота
Мы находим другие мечты.
Мы по разные стороны — гордые,
За то, что мы — это я и ты.

(17.06.2003 24:15)
В катакомбах всех моих сознаний
В катакомбах всех моих сознаний
Бродишь ты, держа свечу в руках.
Наша осень стала слишком ранней,
Мы ушли, и к нам вернулся страх.

Я посмел назвать тебя любимой,
И я сдался почти без борьбы,
И боль становится невыносимой
В хиросиме моей головы.

(около 18.09.2003 16:45)
Ненастье
Иссиня-стальное ненастье,
Из которого вырезан глобус,
Каждый день говорит свое «Здрасьте!»
Звонким голосом, тонким, как волос.

Иногда в помутненьи рассудка
Ошибется, сказав «До свидания!».
Но я чувствую —
          это лишь на минутку
И деформирую
     чувство
          в знание.

(07.05.2003)
Друг
Меня навещает мой друг-алкоголик
Незрячий, прозрачный и глухонемой.
И я наслаждаюсь отчаянной болью
Моей одинокой дороги домой.

(05.03.2003)
Первое стихотворение с политическим подтекстом
Желтый лист упал фанеркой
На огромный черный зонт.
Уплывает равномерно
Нигилист за горизонт.

Он уходит понемногу
На заслуженный покой,
Но к назначенному сроку
Появляется другой.

Он запишет разговоры
На стеклянных мостовых,
Он познает до упора
Боевых и холостых.

И пройдет, все так же гордо
Революцию храня,
С безупречно кислой мордой
Как и встарь — мимо меня.

(14.07.2002)
Полосатые окна, новый день
Полосатые окна,
Новый день,
Может, кто-то б помог нам,
Если б было не лень

Не бросать своей веры
Никогда.
Самолет из фанеры
Пролетел сквозь года.

Он спикировал грустно
На поля,
Где безлюдно и пусто,
Из него вышел я.

Обернулся нелепо
На простор,
И манящее небо
Меня сдуло, как сор.

(19.11.2001)
Свет неона и запах озона
Свет неона и запах озона. —
Мысли бегают в голове
Стаями малознакомых
Бездомных собак межсезонья.

(около 28.09.2004)
Кате П.
Я сижу в туалете,
Плюю в потолок.
Та, кого я не встретил,
Мне больше не бог.

Та, кого я не помню,
Скажи, как отрежь, —
Почему вчера в сон мне
Ты вставила брешь?

Почему не сказала
Мне все, что могла,
Та, что в ночь после бала
Сгорела дотла?

Я как в кафельной клети
Закрыт на замок.
Я сижу в туалете,
Плюя в потолок.

(-надцатые числа июля 2000)
Всё как в тумане — дождь и мост
Всё как в тумане — дождь и мост,
Машины под мостом.
Я ухожу, как битый пес.

(17 августа 2000, Киев)
В погоне за тенью
Я пытаюсь уйти от того, что мне близко,
Я пытаюсь исполнить чужие мечты.
Просто жизнь — это чья-то железная миска,
В ней есть смысл, но давно уже нет красоты.

Я хочу невозможного, тень догоняю,
Но она убегает в ближайшую ночь,
Напоследок крича мне, что, будто, я знаю,
Что она — моя незаконная дочь.

На столе остывает густая отрава,
Собою маня помутневший бокал.
Его подниму я, наполнив до края,
За тень, которую я не догнал.

(12.04.1999)
Я первый
В пыли непонятых шедевров,
В тени негаснущих светил
Я иду, и знаю, что я первый,
Кто твое сознанье возмутил.

Пуля бьется в стену рикошетом,
Пуля воет песню у виска.
Надоело быстро мне на свете этом.
Путь обратно — холмик и доска.

Надоело экономить нервы
Там, куда так часто я ходил.
Буду, всё же, знать — я первый,
Кто в тебе желанье разбудил.

(14.01.1999)
Это стихотворение было третьим и последним, которое я прочитал на том
областном конкурсе. Тогда оно казалось самым слабым из трех.
К К.
Смещение равновесия действует на нервы.
Спокойно! Ведь мне не поможет никто.
Где связь между образом, вроде Минервы,
И белым, как кости, больничным авто?

Врача приговор лаконичен и чёток.
На койке лежу я, снаружи — гроза.
Как шахматы ставлю я в клетки решеток
Любимые губы, со взглядом глаза.

Эпохи спустя археолог достанет
Мой череп из вязкой, как глина, земли.
Тогда в неизвестность, наверно, и канет
Несчастный, умерший давно от любви.

(13.02.1998)
Это стихотворение было главным моим «хитом» ранних лет, и с ним
я участвовал в том самом областном конкурсе. В то время от него все просто
писались от восторга (прощая мне откровенно слабую концовку)...
К К. (второе)
Ты много не знаешь, последнее — старо,
Не видел тебя уже множество лет.
Теперь для меня мир — тюремные нары,
Размерами — пачка плохих сигарет.

Эйнштейн, помоги, ведь я понял, но поздно,
Часы, поверните обратно свой ход.
Я жил в пессимизме — так глупо, нервозно.
Я многое сделал бы наоборот.

Но если бы не было альтернативы
С тобой вместо мелочи всей кутерьмы,
Хранил бы любви я твоей позитивы
Все так же среди негативов тюрьмы.

(1998)
Это было второе стихотворение, с которым я участвовал в конкурсе.
Но сокращение «К.» — это не сокращение от слова «конкурс»,
как можно было бы подумать. Это сокращение от псевдонима моей тогдашней музы — Ани.
С вашего позволения, я не буду его раскрывать.
Пародия на «Скоро Новый Год» Виктора Усачева
Вот что написал мой друг Виктор Усачев:
Скоро Новый Год

Ночь Раздумий, Ночь Мечты…
Ночь Любви и Ночь Сомнений,
Пролетела в миг неделя,
И тому виною ты.

Веры День и День Отчаянья,
День Забот и День Тревог.
Я из Месяца Молчанья
Долго выбраться не мог.

Пролетит Забвенья Месяц,
С ним и Месяц Снов.
За неделей Околесиц
Снова ждёт Любовь.

Нужно верно выбрать время,
Нужно сделать ход.
Упадёт Печали бремя —
Скоро Новый Год.

Вот что я ему на это ответил:

В Дне Забот на целый месяц
Ты увяз опять.
О Неделе Околесиц
Лучше уж молчать.

26.09.2002
на главную