Лев Хвоя
на главную

Фотогалерея

Моя официальная фотожизнь
Моя главная беда в жизни, — а может, если посмотреть на это с какой-нибудь другой точки зрения, то и не беда вовсе, а преимущество, — в том, что я кинестетик. Ну, в психологии разделяют людей на 4 типа по тому признаку, как они воспринимают окружающий мир. Визуалы — через визуальные образы, аудиалы — через звуковые. Дискретам схемы и таблицы подавай, а кинестетики не воспринимают ничего из вышеперечисленного — для них важна информация, поставляемая органами осязания, обоняния и вкуса, а чтобы понять какую бы то ни было абстрактную информацию, кинестетики должны сформировать в отношении нее некоторое ощущение. Что это за «ощущение» такое, понимают только кинестетики. Я бы выразил это так: это мысленное интегрирование себя в рассматриваемый предмет или данную ситуацию; это — полная самоидентификация себя как субьекта всего происходящего... Ффу, чего-то я много иноязычных слов наупотреблял... Короче говоря, когда кинестетик учит математику, он в самом прямом (с его точки зрения) смысле расталкивает плечами переменные и цепляется коленками за крючки интегралов.
Так. Зачем это я тут так долго рассказывал? Так вот. Поскольку я не отношусь к визуалам, то все то, что до сих пор делал на визуалистическом поприще, исполнено кинестетики. Мои картины и рисунки, будучи, бесспорно, абсолютно уродскими с точки зрения любого нормального человека, тем не менее, «несут в себе что-то», как любят иногда выражаться творческие люди.
Мои фотографии, таким образом, это никак не «красивые картинки», и тем более не картинки, имеющие какой-то сюжет или смысловую наполненность. Все, что они призваны выразить — это некоторое ощущение. Просто ощущение — как таковое — и всё.

Активная деятельность в направлении художественной фотографии началась для меня со знакомства с Алексеем Кузнецовым. Дело было так. Ехал я с мамой откуда-то куда-то в штутгартском метро. На коленях у меня лежала черная сумка для фотоаппарата, в которой находился специально купленный отцом в России по моему заказу фотоаппарат «Зенит TTL». Причины, по которым я им обзавелся, были очень просты: с одной стороны, банальный интерес — я понимал, что эра аналоговой фотографии проходит, и хотелось узнать, каково это — крутить выдержку и диафрагму руками. С другой стороны, Зенит дает на выходе существенно лучшее качество, чем цифровая мыльница, а на цифровую зеркалку денег у меня все равно не было.
Поэтому я, собственно, с этим Зенитом и мотался, фотографируя все подряд. Ничего путного я до того момента не нафотографировал, если не считать нескольких «красивеньких» фотографий, которые послужили, собственно, поводом для знакомства с Алексеем.
Так вот. Ехал я в метро. У меня на коленях — эта сумка с фотиком, и эту сумку замечает сидящий через проход мужик. Он со мной заговаривает, я его понимаю довольно плохо, потому что он мало того, что немец, так еще дело происходит в Штутгарте, где все говорят (в большей или меньшей степени) на совершенно невоспринимаемом нормальными людьми на слух швабском диалекте. Мужик этот выглядит довольно странно — он плохо одет, и не внушает никакого доверия. И я очень удивился, когда он мне вручил визитку, и сказал, что это визитка его русского знакомого, который занимается художественной фотографией и руководит своей фотостудией. И сказал, что, если я интересуюсь, я мог бы ему позвонить.
Этим русским знакомым и оказался Алексей Кузнецов, которому я вскорости и позвонил, а потом и пришел в гости, принеся свои фотохудожества, которые Алексей незамедлительно забраковал. Потом он показал мне свои фотографии, и начал... короче говоря, он начал перетягивать меня в свою веру. Вера эта состояла, с технической точки зрения, в том, что фотографии должны быть в максимально допустимой степени контрастны, или я бы выразил его идею еще так: в фотографиях не должно быть никакого реализма, но все еще должна присутствовать реальность. То есть самое главное для Алексея — это, опять же, ощущения. Думаю, он тоже кинестетик.
Вот. Потом я взял свою цифровую мыльницу, взял бесплатную программу для обработки изображений под названием PhotoFiltre (всем рекомендую), и наснимал за один присест по крайней мере пару десятков художественной галиматьи в стиле Алексея. Показал ему. Он одобрил, потом взял что-то на выставку.

Выставки Алексей устраивает просто: он приходит в какое-нибудь место, где имеется подоходящая пустая стена, и спрашивает разрешения повесить на нее фотографии. Нам, дескать, ничего от вас не нужно, кроме самого факта, что вы разрешите повесить, а вы просто получаете бесплатное оформление. И многие соглашаются. У Алексея есть уже штук 7, наверное, таких мест, начиная от кебабной, заканчивая вестибюлем общежития для преподавателей, где он развешивает фотографии своих подопечных.

Моя первая фотовыставка, устроенная Алексеем, состоялась в Штутгарте в начале июня 2009 года. Эта экспозиция была выставлена (масло масленое какое-то; «выставка была выставлена») в фойе так называемого доцент-отеля — это что-то вроде общежития для преподавателей чего-то там. Или просто преподавателей — не знаю уж. Всего три мои фотографии (на снимках они — это крайний правый столбик), плюс куча чужих. Первый раз в первый класс. Вот так выглядела афишка. Свое имя я нагло обвел цветом, а то народу — куча.

Первая афиша Первая моя выставка


Вторая выставка была тоже в Штутгарте. Это уже была чисто моя выставка в кебабной (ха-ха). Алексей, который это все дело организовывал, отобрал для выставки пять черно-белых фотографий. Ну, к тому моменту я уже давно переехал в Брауншвейг, и наше общение с Алексеем стало более телефонно-интернетно-почтовым. Поэтому я послал ему в конверте штук по 8 цветных и черно-белых фотографий, из которых он отбирал на свой вкус. Вкус оказался неплохим, я доволен. В числе прочего, фотография моей любимой жены Марины, на фоне которой она и сфотографирована.

Первая афиша
Вторая моя выставка, фото Вторая моя выставка, фото
Вторая моя выставка, фото


Третья выставка — это уже Брауншвейг. Тоже коллективная выставка, в которой я принял участие как член местного фотоклуба, спонсируемого фирмой «Сименс». Я нашел этих товарищей, тупо набрав пару ключевых слов в Гугле, написал мыло их шефине, и вступил, собственно, в клуб, через несколько недель после чего меня уже отобрали на выставку. Пришел, увидел, победил. Типо, ништяк.

Вторая третья выставка, Брауншвейг
По состоянию на 2014 год фотографическое хобби можно считать заброшенным. Конечно, я фотографирую. И если попадается случай, то я фотографирую некие мотивы мотивы без людей в духе «художественных фото», но фотография так и не стала для меня средством самовыражения. Да, это искусство. Да, это возможность показать взгляд. Но возможности влиять на снимаемую реальность для меня, все же, чересчур ограничены.